И все, что было сказано...
И все, о чем молчал...
Забудется...







    другие проекты:
http://aforism.ru
http://china.aforism.ru
http://matako.ru
http://sohey.ru
http://turclub.548.ru


Ветер январского утра

- Нам лучше расстаться…

- Хорошо.

Он устало встал из-за стола, где услышал слова, подводившие итог его пятилетнего существования. "Нам лучше расстаться…" Ну, может, не пятилетнего… Ведь с начало все было хорошо. Даже замечательно. И совсем не верилось в свое счастье, столь неожиданно упавшее неизвестно откуда. И ничего, что это означало совсем другую жизнь, отличную от уже почти прожитой. И ничего, что приходилось менять уже почти состоявшиеся планы и, как в полусонном бреду, строить новые, такие непривычные и даже странные. И ничего, что ушел друг, плечом к плечу с которым прожита половина, пусть тогда еще не долгой, жизни. И ничего…

Теперь уже действительно ничего…

Только дочь, которая еще ничего пока не понимает в силу своего возраста…

Только пять лет любви, хоть и потрепанной и достаточно странной, да и, если честно, никому уже и ненужной, кроме самого себя. Зачем?

Только ночь. А за ней - хмурое утро…

Непривычное утро одиночества…

И вроде бы такое совсем обычное, такое же, как и все до этого и после этого дня. Обыкновенное хмурое утро с промозглым январским ветром… Декабрь выдался необычайно холодным и снежным. Казалось, что зима перепутала все что можно и сместилась на месяц раньше. Холод, сугробы и неподдельное удивление на лице пополам с непониманием. Или с недопониманием, что, в общем, уже безразлично…

Январь.

Утро.

И обычный рабочий рутинный день впереди.

Сунул в рюкзак ноутбук. Туда же полетели пара исписанных тетрадей, альбом со старыми, еще черно-белыми, фотографиями, зубная щетка и смена белья с носками. И все это, вперемешку, пожалуй все, что нужно на первые два-три дня. А может, вообще все, что необходимо ему в этом новом мире, захваченного из той, уже прошлой, жизни… И когда перед взором, обращенным немного назад, в недалекое, но уже прошлое, встает улыбающееся лицо дочери - на глаза наворачиваются слезы. Всегда считал мужские слезы если уж не чем-то неприличным, то уж явно недостойным того, чтобы это видели другие. И сильные чувства, будь то любовь, восторг, ярость и ненависть, всегда прятались за несколько грустной отстраненностью, а порой, и за ехидным цинизмом. Страсти, бушевавшие внутри, оставляли лишь след в редкой седине, еле заметных морщинах на почти всегда спокойном лице и глубоком водовороте обреченного огня в бездонных глазах, когда удавалось пробиться сквозь спокойную, немного лукавую, улыбку чуть дальше, чем было позволено…

И лицо жены. Немного грустное, с уставшими глазами… Как же сильно мы измотали друг друга, пытаясь склеить уже разлетевшуюся мелкими осколками ту жизнь, что еще совсем недавно, год-два назад, казалась счастливой и бесконечно долгой…

И холодный ветер в лицо, напоминающий о том, что время лирики прошло, и впереди путь в неизвестность и одиночество…

Но это через пару шагов и тройку секунд…

А пока - шаг…

И еще один…
Январь, 2002 г.


copyright (c) 2002-2007 Сергей Тимченко

      COPi: Сергей Тимченко Яндекс цитирования